Кяризы — подземелье в Евпатории

В средневековой Евпатории (тогда это был город Гёзлев) работало не меньше пяти изысканно построенных турецких бань. Мытьё в них считалось не просто гигиенической процедурой, но было, по отзывам путешественника, «усладой души и тела». Вода к этим баням и к пяти городским фонтанам подводилась от источников в подземных галереях — кяризах.

От колодцев и родников, часто очень далёких, прорывали в грунте подземные ходы. По их дну, в специальном каменном канале, прокладывали керамические трубы. Примерно через каждые пятьдесят метров копали вертикальный колодец для выемки грунта, затем перекрывали его каменными плитами. Трубы соединялись керамическими втулками, стыки проклеивали, затем обмазывали известью. За много лет они покрылись коркой из углекислого кальция и окончательно срослись.

Кяризы прорыты на разной глубине, с небольшим, но постоянным наклоном от родника или колодца к месту потребления. Вода поступала самотёком, а кое-где были насосы, приводимые во вращение лошадьми. Иногда, в засуху, к воде примешивалась морская соль, что и теперь привычно для жителей восточного и западного побережий с их мелкими колодцами. Хорошая пресная вода собирается из глубоких артезианских скважин и ценится дорого.

На плане Евпатории 1771 года обозначены подземные галереи, по замыслу прямые, но выполненные зигзагами. Их прокапывали с противоположных сторон навстречу друг другу, и не всегда удавалось встретиться с первого раза. Иногда натыкались на препятствие — на скалу или фундамент. Так появились кяризы кривые, угловатые, слепо замкнутые.

Перед войной многие колодцы забетонировали, дабы не могли ими воспользоваться диверсанты. Входных лазов осталось немного, некоторые в частных дворах. Но людей, сумевших-таки проникнуть под землю, ожидало настоящее приключение. Большая сеть тоннелей под старой частью Евпатории даже теперь влечет любопытных, особенно подростков. Под ногами то земля, то щебёнка. Стены шершавые, сухие. Известняковая крошка в рукавах, за воротником, на зубах. Сверху шум города — моторы, колёса… И полная неизвестность, километр за километром.

О кяризах упоминал ещё В.К. Кондараки. Система водоснабжения такоже типа есть в Турции, Афганистане, Иране, Марокко.

По мнению ученых, кяризы существуют с 16 века, они моложе гёзлевских крепостных стен. Кроме Евпатории, кяризы обнаружены в других старых городах на равнине: в Старом Крыму, в Белогорске. Возможно в Армянске тоже были кяризы. Там часто бывают подозрительные провалы грунта и оседание строений. Есть местное поверье, что в сторону Перекопского вала, который виден с окраины города, проложен подземный ход.

Тоннели прорыты и протесаны в мягком известняке — ракушечнике. Своды во многих местах не полукруглые, что было бы прочнее и легче для проходчиков, а прямоугольные. Возможно, копали их открытым способом, затем перекрывали каменными плитами, которые за пять веков приросли известью к основной породе.

Сейчас обследуется подземное помещение с каменной кладкой, наподобие древней башни. Вообще-то краеведы, историки, геологи и археологи только подступаются к кяризам. Настало время, когда туристы начали большими группами приезжать в старую Евпаторию («Малый Иерусалим»); придет пора и для подземных экскурсий.

До начала массового строительства в кяризах заблудиться было легко. Теперь под землёй намного безопаснее. Многочисленные мелкие провалы при рытье котлованов обычно не исследовали, а просто засыпали грунтом, поэтому нередко тоннели оканчиваются слепо и вынуждают подземных путешественников идти обратно.

Для увеличения площади сбора грунтовых вод отдельные участки кяризов выводили на пустыри, далеко за крепостные стены. Говорят, и теперь можно пройти под землёй от морского вокзала к станции Евпатория-Товарная, а потом и к Мамайским каменоломням, что в девяти километрах от города.

Для чего жителям Гёзлева понадобилось подводить воду к морю? Евпаторийские краеведы нашли этому интересное объяснение: не все подземные ходы были кяризами. Какая-то часть могла предназначаться для обороны, для тайной переброски воинов из одной части города в другую. И ещё кое-что, вероятно, прокопали контрабандисты, чтобы тайно, по ночам, переносить грузы со стоящих на рейде кораблей.


Путешествие по лабиринтам

Полвека назад напротив ворот старого дома №16 по улице Демышева рабочие меняли водопроводную колонку. Убрали старую, а с новой, как водится, не торопились. На месте колонки открылась яма, и дети с любопытством туда заглядывали. От ямы шел таинственный подземный ход. Двое мальчишек из этого двора взяли фонарики, спустились под землю — и на миг затаили дыхание. Их ждал неизвестный, неисследованный подземный город. Воображение рисовало улицы, переулки, дома, овраги, а глядишь, и обитателей этого мира — страшных слепых карликов…

В путь! Самое трудное, самое опасное было в том, что причудливые тоннели с первых шагов начали раздваиваться и разбегаться в разных направлениях. Пацаны оказались грамотными, запаслись мелом и кусочками кирпича, чтобы на каждом пройденном перекрестке ставить значки. Уверенные, что легко найдут обратный путь, они уходили всё дальше и дальше… Уводить — это свойство пещер, длинных разветвлённых тоннелей и даже наземных тропинок в безлюдных местах. Сначала ты разведчик, тебе интересно. Потом всё реже думаешь о том, что впереди, начинаешь искать ориентиры для обратной дороги. Наконец, понимаешь, что заблудился, и это невыносимо, а когда идёшь, всё-таки легче. Может наступить и последняя фаза, когда идёшь бездумно, безвольно, в никуда — просто потому, что ещё есть силы идти. У ребят было много сил, но подземный поход обернулся настоящим испытанием.

Страх пришел внезапно, когда на одном из перекрестков фонарь осветил знакомую закорючку. Они здесь уже были! Маршрут, как говорят, закольцевался, и теперь можно часами бродить по одним и тем же коридорам, вглядываясь в собственные следы… Главное, не признаться себе и другу, что испугался. Громче говорить, чаще смеяться…

Так блуждали весь день. Кяризы были то наклонные, то почти горизонтальные, но нигде не выводили на поверхность. Ребята примолкли. Какой там смех! Но вот коридор расширился, фонарь осветил стену настоящей комнаты. На стенах надписи, где русские, где тюркские — попробуй пойми, какого века! Вдоль стен вырублены, будто в средневековом пещерном городище, лежанки и круглые каменные столы. Кто жил здесь и от кого прятался? Сами землекопы-водопроводчики построили для отдыха эту комнату-бытовку? Или в них скрывались чужеземцы, собирались абреки из окрестных селений? Может быть, некие отшельники вершили в рукотворной пещере свои ритуальные обряды, о которых мы вряд ли когда-нибудь узнаем?

Как бы то ни было, вид жилой комнаты странно успокоил ребят. Они уселись на те каменные скамьи, примолкли. Задумались. В обоих мальчишках было что-то от настоящих путешественников, не то мог бы этот поход закончиться трагически. Было хладнокровие. Была способность рассуждать, перебирать варианты спасения, придумывать, изобретать. И пришло верное решение: на перекрестках ставить не только значки, но и цифры. Чтобы видно было, в который раз ты здесь проходишь.

Дети спустились под землю утром, но лишь после обеда о них забеспокоились взрослые. Всем двором собрались  и подробно допросили детвору. Первыми «раскололись» двое малышей, брат и сестра. Они тоже просились в кяризы, но их не взяли по малолетству, только разрешили постоять у входа, «на стреме». Чей-то отец вынес фонарь и полез в яму, но лабиринт оказался таким безнадежно запутанным, что на поиски в одиночку мужчина не решился. Сообщили в милицию, начали собирать спасательную группу…

Часам к семи вечера юные бродяги выбрались. Сами, никто не помогал. Крепко наказанные родителями они надолго стали героями улицы: ещё бы, прошли под землёй половину старой Евпатории! Ребята затаили страсть к путешествиям и, когда выросли, подтвердили своё призвание.

Дмитрий Кульчинский стал капитаном дальнего плавания, обошел на кораблях весь земной шар. Не отстал от товарища Владимир Степанов — он много лет жил и работал дипломатом в одной из африканских стран. Да и сами малыши-охранники, которые выросли и рассказали автору эту историю, объездили полмира как солисты балета и несколько лет прожили в Китае. Теперь Ольга и Сергей Быковы служат в Крымском академическом музыкальном театре в Симферополе, их выступления всегда проходят с аншлагом.


Источник: Д. Тарасенко. Подземный Крым. — Симферополь: Н. Ореанда, 2016.

Добавить комментарий